Изобретенный Деппом механизм обаяния мерзавца-красавца действует безотказно. Ему все возрасты покорны: на первую часть эпоса мамы, папы, дедушки, бабушки вели детишек, на вторую часть все идут с одинаковым неизбывным интересом. А примерный папаша Джон в первую очередь старался понравиться своим отпрыскам. Дикий, но симпатишный джентельмен удачи узурпировал право на зрительское внимание, явившись главным действующим лицом сиквела.

Если спервоначала в оригинале присутствовали трое в лодке, не считая массовку, где замечались орландовы шуры с найтовскими мурами, а Джек-Воробей держал свечку, теперь ситуация кардинально изменилась в пользу последнего. Уж больно харизматичный образ — самый запоминающийся, самый обстоятельный, и абсолютно безбашенный, какие во вторые скрипки не годятся, особенно когда речь идет о пиратском нуаре. Корабль тонет — он улыбается. Чудовище разверзло пасть — он продолжает улыбаться. Противоречивость и разность проявлений его характера не делает этого мэна стопудовым героем, в противовес однозначному Орландо. Этот факт добавляет главному пирату добродушной привлекательности. Мадемуазель Киры Найтли хочет замуж, кавалер Блума хочет жениться на мадемуазель, и теперь оба они вздыхают и борются за личное счастье за спиной у Джека-Воробья. Не потому что тайно от него, а потому что Джек вытеснил их на задворки второго плана. Остался один в лодке, и двое — в массовке.

Работники ножа и топора, романтики большой дороги бороздят моря и океаны, за ними гоняются мифические полу-люди, полу-рыбы, во главе с морским дьяволом Дэйви Джонсом, у коего вместо фейса одна прирощенная каракатица. Как в детской песенке «палка, палка, огуречик, вот и вышел человечек… а теперь добавим ножек, получился осьминожек». Художники на компьютерах рисовали, пририсовывали, и дорисовались до осьминогов маленьких, и больших, которые, как рыбки золотые, служат на посылках.

Мастера спецэффектов и художники-постановщики проявили недюжинный талант и смекалку, населив призрачный «Летучий Голландец» морскими тварями всех сортов и мастей, каких нарочно не придумаешь, и в иллюстрированных книжках про фауну не увидишь. Диковинные рептилии почти по-настоящему смотрятся мрачно, зловеще, и страшно так, как Босху с Лавкрафтом и не снилось.

Причудливые фантазии творческого актива придают фильму не просто новый размах, но и затрагивают довольно серьезные моральные аспекты. Лейтмотив второй части — предательство и яговское коварство всех против всех. Общая концепция пиратского эпоса - отказ от ставшей обыденной и обязательной гламурности подачи материала. Грязно, липко, Блум прекрасен и свеж далеко не в каждом кадре, а его сценарная невеста флиртует с другим корысти ради. И очень замечательно, что никто не боится выглядеть не комильфо, в кои-то веки!

Текстовки самые замысловатые, или до боли прочувствованные. Джек-Воробей начинает говорить драматическим слогом почти античных трагедий: «зачем явил сюда свои полипы?», а его подручный боцман поет всем знакомую с детства «пятнадцать человек на сундук мертвеца». Юмор — где черный, где белый, но не унтерпришибеевский, вписывается в общую канву как нельзя кстати, разбавляя первобытный сумрак мистического порядка. Только в приключенческом кино герои могут так лихо и непринужденно реагировать на все вокруг происходящее, посещая борт запредельного судна как нечто само собой разумеющееся, играя с дьяволом в кости, и закладывая собственную душу. Вспоминается всяческий фольклор, суеверия, выдержки из прочих произведений, и шлягеры про девицу, которая не дождалась моряка, и ей теперь «морской по нраву дьявол».